…и вот тут-то, конечно, гаснет свет — а на сцене никого, только стакан на табурете, недопитый ещё вчерашним мной. Официант, который выносил его в первом акте, давно уволился, героиня, которой он предназначался, так и не пришла, а суфлёр в яме шепчет: пей уже, публика зевает. Я пью.