Привет. Не знаю, дойдёт ли это до тебя. Адрес я взял из старой записной книжки, а книжке лет двенадцать, и там ещё пейджер записан. Помнишь пейджеры. Ты, наверное, думаешь: с чего вдруг. Да ни с чего. Стоял в очереди на почте, сорок минут, впереди женщина отправляла посылку в Магадан и спорила с оператором про вес. И я вдруг вспомнил, как мы с тобой ходили сюда за марками. Марки. Кто сейчас клеит марки. У меня всё нормально. Это я так говорю, чтобы не начинать длинно. Работа есть. Кот умер в прошлом году, завёл нового, он глупее, но добрее. Переехал на другой конец города, теперь до центра час. Час на то, чтобы доехать туда, где я всё равно ничего не делаю. Ты уехал, и я даже не помню, попрощались мы толком или нет. Кажется, ты сказал «спишемся». Мы не списались. В соцсетях ты есть, я видел. Смотрел твои фотографии с какого-то пляжа, ты в кепке, рядом люди, которых я не знаю. Лайк не поставил. Как-то глупо — двенадцать лет молчать, а потом лайк. Знаешь, я сначала хотел написать что-нибудь важное. А потом понял, что важного нет. Просто хотел, чтобы ты знал: я иногда про тебя думаю. В очереди на почте, например. Женщина всё-таки отправила посылку. Ушла довольная. Ладно. У меня чай стынет.