— Ты вообще выкинуть что-нибудь можешь? Мама стоит над коробкой с отцовскими вещами. Я разбираю их четвёртый вечер и продвинулся на два сантиметра, потому что каждая вещь требует решения, а я устал решать. Сортировка — это ведь просто. Есть критерий, есть куча «да», есть куча «нет». У меня третья куча, самая большая, и она называется «потом». Справочник по электротехнике, 1968. Страницы жёлтые по краям, как зубы курильщика. Внутри, между таблицами сечений провода, — сложенный вчетверо тетрадный лист. Почерк не отцовский. «Витя, я не приду в субботу. Не потому что не хочу. Мама говорит, ты не серьёзный, а я не могу спорить с ней сейчас, у неё сердце. Позвони через месяц, если не забудешь. Л.» Отца звали Виктор. Матери — Тамара. Я сидел с этим листком минут двадцать. Пытался пересобрать схему: вот здесь узел, вот здесь развилка, вот тут ток пошёл не туда, и через тридцать лет появился я. Никакой обиды. Просто интересно, что человек, который научил меня зачищать провода и никогда не говорил о чувствах, хранил это в справочнике по электротехнике полвека. Не в столе. Не в книге стихов, которых у него не было. Между таблицами. Мама спросила, что там. Я сказал — закладка. Положил обратно на ту же страницу, 214, сечения медных жил при длительной нагрузке.