Однажды я согласился поливать чужой фикус. Соседка снизу, Лена, уезжала на две недели, ключ оставила под ковриком — в подъезде, где домофон не работает с ноября. Фикус был обречён. Листья висели как… ладно, никак. Он просто помирал. Я поливал, он помирал, у нас сложились рабочие отношения. Заходил я вечерами, после работы, минут на пять. В квартире пахло закрытым окном. В ванной стояла вторая зубная щётка, электрическая, дорогая — я ещё подумал, что надо бы себе такую, а потом посмотрел цену и передумал. В прихожей кеды сорок пятого размера. Померил зачем-то. Велики. На холодильнике магнит из Казани. Лена говорила, что не ездит на поездах, её укачивает даже в метро. На седьмой день я забыл полить и пришёл в одиннадцать вечера, включил свет в кухне. Кто-то оставил на столе чашку. Я её помыл, потому что я нормальный человек. Курил на лестнице Сергей Палыч с пятого, спросил, одна ли она уехала. Я сказал — одна, а с кем ей ещё. Он посмотрел на меня как-то очень долго и ушёл к себе. Странный дядька, всегда таким был. Лена вернулась в четверг, загорелая. Я отдал ключ и сразу начал оправдываться про фикус: что земля была плотная, что горшок маленький, что у меня у самого дома всё дохнет. Она сказала — ничего, спасибо. Потом спросила, не заходил ли кто. Я сказал: нет, кто ж придёт. Она кивнула и стала снимать куртку. На шее у неё была тонкая цепочка, которой раньше не было. Я ещё минуты три говорил про горшок.