Кто-нибудь считал, сколько часов в сутки человек проводит на высоте сорока пяти сантиметров от пола? Я не считал. Но у меня под левой ножкой год скрипит болт, и я знаю его ноту. Ре-бемоль, если он подсох. Ниже, если дождь. Он видит меня со спины. За десять лет ни разу — в лицо. Видит, как я тянусь к экрану ближе, чем нужно, отодвигаюсь, снова ближе, и так до темноты, пока не включится лампа в подъезде напротив. А ещё он видит вмятину, которую сам себе не сделал. Это я в него врос. Спинка держит под углом сто три градуса, я померил транспортиром из школьного набора сестры. Производитель обещал поддержку поясницы и, в общем, не соврал. Просто не уточнил, чью поясницу он поддерживает — нынешнюю мою или ту, которая была при покупке. Болт я подтягивал. Дважды. Разбирал узел, чистил, ставил шайбу, которая по диаметру подошла случайно. Два дня тишины — потом опять ре-бемоль. Там усталость металла, а не резьба, и с этим ничего нельзя сделать шестигранником. Я долго не мог принять эту мысль, потому что она не про стул. Он ничего мне не говорит. Он вообще из тех, кто просто присутствует и накапливает. Мою тяжесть после ужина. Ночь, когда я не встал, а просто сидел лицом к выключенному монитору. Слева на сиденье вытертое пятно размером с ладонь. Туда я всегда кладу телефон экраном вниз.