Сегодня в очереди в аптеке женщина передо мной спросила у фармацевта что-то про витамины для памяти, для мамы. И фармацевт, молодая совсем, говорит: да, вот этот хорошо помогает, моей бабушке прям полегчало. Я почему запомнил. Потому что видно было — нет у неё никакой бабушки, которой полегчало. Она это так сказала, на автомате, как говорят «хорошего дня». Просто чтобы женщине стало спокойнее. Чтобы та ушла не с коробкой пустышек за тысячу двести, а с надеждой. И вот думаю. Это вообще ложь или нет. Формально да. Не было бабушки. Или была, но ничего ей не помогало, бабушки вообще редко от витаминов оживают. Но женщина-то ушла другая. Плечи опустила, выдохнула. Я за ней наблюдал, она у выхода ещё постояла, коробку в сумку убрала аккуратно, как будто там лекарство от всего сразу. Мы же так всё время. «Нормально всё», когда не нормально. «Ты отлично выглядишь». «Я тебе перезвоню». Маленькие подачки, чтобы человеку дойти до дома. Фармацевт врала не ради себя. Ей-то что, она зарплату получит и так. Она врала, потому что напротив стоял кто-то, кому очень надо было, чтобы маме стало лучше. И проще дать ей это, чем правду про то, что память так не чинится. Я купил пластырь и тоже сказал спасибо, хорошего вам дня. Хотя день был так себе.