Меня в подъезде зовут «та самая». Не Лена, не Елена Сергеевна. «Та самая, которая на собрании». Я председатель совета дома. Это я отрубаю горячую воду на профилактику, я вешаю объявления про долги, я хожу по этажам и говорю людям в лицо то, что они не хотят слышать. На меня в общем чате двести сообщений, и половина с капслоком. А началось с чего. С того что никто другой не пошёл. Собрание, восемь человек из ста двадцати квартир, и все смотрят в пол. Кто-то должен подписать договор с управляющей. Я подняла руку. Вот и вся история про злодейку. Теперь я знаю, что у Гордеевых из сорок второй течёт стояк, а они молчат, потому что ремонт. Знаю, кто не платит третий год. Знаю, что лифт встанет к зиме, если не собрать деньги сейчас, а собрать их можно только если я буду противной. Меня не любят за то, что я считаю. Деньги, сроки, кубометры воды. Цифры же не врут, а люди обижаются на того, кто их называет вслух. Вчера сосед сверху сказал: «Вам что, больше всех надо». Надо. Кому-то же надо. Лифт, кстати, я всё-таки продавила. Едет.